взято у pcnariman
http://domkratov.livejournal.com/90594.html
Я в предыдущем посте обещал про сиськи написать. Пишу: так и не отросли.
Дела моей конторы оптимизма не внушают, а главное я не понимаю куда двигаться. Был бы помоложе – записался бы на курсы пидарасов при школе клоунов и слился бы с мэйнстримом. Но не хрычовское это дело – резкие перестроения. Вроде как шёл, шел, вроде бы и направление правильное, однако уже обозначилось на горизонте нечто огромное, напоминающее жопу. И разворачиваться не хочется и вперед идти глупо. Но тем не менее продолжаю бодро шагать, и на ходу пытаюсь понять чего ждать.
Кто знает, какой у нас сейчас общественный строй? Класс-гегемон я уже раньше в каком-то посте вычислил – это охранник. А вот строй какой?
И заводят меня эти рассуждения в дебри истории.
Какой-то еврейский классик писал про столяра, который сидел и думал: «Люди – они все равно что столяры: живут, живут, да и помирают». Вот и я как тот столяр пытаюсь осмыслить общественный прогресс в понятных мне категориях.
Любой общественный строй инвестируется, проектируется, строится и сдается в эксплуатацию также как и любой другой объект. И здесь я бы выделил следующие основные черты.
Инвестиции.
Цели всегда рейдерские. Рейдерство под флагом модернизации – это самая старинная и стабильная традиция русской государственности. Думаю что не только русской, но у нас все модернизации инициируются сверху, а народные движения это просто переход похуя в активную фазу под влиянием бескормицы.
Проектирование.
Не менее почтенная и старинная традиция- придавать реконструкции респектабельность и увеличивать капитализацию посредством привлечения эффективных менеджеров и криэйторов с Запада. Варяги, Кирилл и Мефодий, голландские обычаи и вольтерьянство – в каждой эпохе отыщется свой Гус Хиддинк.
Строительство.
В целях экономии и во избежание дурацких вопросов, реконструкция начинается с текущего ремонта и с бюджетом текущего ремонта, потом все разваливается и реконструкцию называют новым строительством, но бюджет текущего ремонта остается. В результате отовсюду торчат какие-то доремонтные конструкции и обрубки. Начинается все по респектабельному западному проекту, а продолжают и заканчивают под хотелки и матюки инвестора.
Сдача в эксплуатацию.
Принимает тот, кто платит, а стало быть, имеет право назвать то, что получилось тем, что задумывалось. Ну а потребительские качества налицо.
Вот если посмотреть на историю государства российского с точки зрения вышеизложенного, то все получается логично.
Киевская Русь была полностью продуктом тогдашнего пиара. Пригласили греческих манагеров, утвердили христианскую концепцию. Средств на государственное строительство не было, поэтому в Киеве просто провозгласили федерализм и централизацию, что не мешало удельным князьям княжить самым что ни на есть сепаратным образом и заниматься удельным рейдерством в свое удовольствие. Строй был вполне себе родо-племенной, переходящий в рабовладельческий, но уже с феодальной символикой.
Потом приобрели рабовладельческий строй татаро-монгольской сборки. Это была непонятная эпоха, когда было неясно кто из инвесторов кого аффилировал.
Поэтому строй решили модернизировать до феодализма, только феодализм получился немножно родо-племенной, а рабовладение на всякий случай решили оставить.
Петровские реформы были наиболее мощной попыткой рестайлинга, ребрендинга и фейслифтинга. Здание российской государственности обрело вполне себе государственный вид. Идея называть оргию ассамблеей захватила умы элиты настолько, что факт государственного строительства на долгие годы был признан состоявшимся. Отколупывать штукатурку и разглядывать рабовладельческие конструкции было как-то даже неприлично.
Рейдерский потенциал государства развивался успешно. По мере укрепления вертикали, народ сваливал в донские и яицкие казачьи оффшоры, следом приходило государство с делопроизводителями и акцизными чиновниками. Народ в панике начал прирастать Сибирью, государство за ним, народ еще дальше – на дальний восток и Аляску, но государство исхитрилось Аляску продать. Бежать стало некуда и в головах у людей начали заводиться вольтерьянство и прочий нигилизм.
Тем временем в Европах прошла реформация, феодальные конструкции демонтировались и заменялись капиталистическими. Реализовывались глобальные проекты освоения колоний, британские ученые создавали экономические теории, а французские философы раскрывали тему сисек.
В России тоже проявлялись гуманистические тенденции, один добрый император даже сказал «крестьяне, добрый наш народ, да получат мзду от Бога». Впрочем гуманистическая штукатурка начала отставать и рабовладельческие конструкции оскорбляли взгляд просвещенных гостей. А по стране уже дымили английские и немецкие заводы, необходимость очередной реконструкции назрела.
Как назло в это время тихий немецкий еврей Маркс и британский ученый Энгельс разрабатывали опенсорсный проект апгрейда капитализма эпохи мануфактур до города солнца эпохи мануфактур. Российские прогрессисты этот проект скачали и решили реализовать хозспособом. Идея социализма показалась им красивой: этакий дизайн в стиле «лофт» - ободрать мануфактуру до конструкций и покрасить в радикальный красный цвет. Дешево и стильно. И проект импортный.
Как водится, начав обдирать обои, невзначай обрушили все пристройки, надстройки и инженерию. Остался голый вполне себе рабовладельческий каркас, вот его то и покрасили в красный цвет. Получился не вполне социализм, но акт приёмки подписали, а тех кто не подписал закатали в бетон новых пристроек и надстроек. Как место для проживания людей это конечно никуда не годилось, но как машинка для рейдерства продукт получился знатный.
А тем временем проклятый Запад переполз в постиндустриальную эпоху и начал рубить бабло какими то совсем уж непонятными методами.
Стало ясно, что пристройки и надстройки рабовладельческий каркас не прикрывают, да и красная краска облупилась. Опять ремонт.
Сначала хотели сделать косметический, но как обычно начали снимать старую краску отбойным молотком, все заскрипело, зашаталось и частично рухнуло. Пришлось срочно прикрывать руины баннерами, а на баннерах рисовать неважно что, но непременно могучее и имперское. В авторы проекта спешно записали всех британских ученых, просто желающих и всяких гадов кого не жалко. Внезапно выяснилось, что в обломках есть куча всякой полезной всячины, которая денег стоит, поэтому можно не заморачиваться со строительством и проектом, главное чтобы баннеры не сдуло.
Вот собственно это мы и имеем на сегодняшний день. Как этот общественный строй называется?
Я бы назвал «Диктатура-1С». Есть программа, которая включает модули «Клиент-банк», «Предприятие-склад», «Кадры-зарплата». Программа жесткая. При любой попытке легально засветить хоть копейку, на человека обрушивается вся мощь программы со всеми степенями защиты и модулями контроля доступа. Любая операция жестко регламентирована протоколами передачи данных. Некоторые опции по умолчанию отключены или находятся в стадии разработки. Впрочем за денюжку веселые одмины могут и алгоритм поменять. А за пределами товарно –денежных отношений говори что хочешь и делай что хочешь, пей, воруй, еби гусей. Если ты одмин – можешь и в пределах товарно-денежных отношений этим заниматься. А самое главное свойство этой программы – полная виртуальность, то есть предмет. проходящий в строке учета в реальности может не существовать или быть чем-то другим. Соответственно и деньги существуют только для виртуальных видов деятельности, а материальное производство существенно только как феномен, виртуальная проекция которого подлежит учету и перераспределению.
Так вот, в свете изложенной теории, куда податься бедному крестьянину? А хер его знает. На работу ходить и в ЖЖ постить.
я в восторге от статьи
мысли не бесспорные, но очень талантливо написано, с нервом
Комментариев нет:
Отправить комментарий